«Господи! Пожалей младенцев, пощади народ!»

26 лет рядом с матушкой Алипией. Часть 10

Продолжение цикла «26 лет рядом с матушкой Алипией», основанного на воспоминаниях Марии Александровны Скидан «Я твой споручник!», опубликованных в первом томе книги «Стяжавшая любовь».

За годы рядом с Матушкой Мария уже привыкла к одному.

Иногда сначала звучали слова.

И только потом происходило событие, после которого становилось понятно, о чём она говорила.

Но весной 1986 года всё было особенно тревожно.

«Тушите огонь! Не пускайте газ!»

Матушка начала говорить об этом ещё до катастрофы.

Она кричала:

«Тушите огонь! Не пускайте газ!»

И ещё:

«Господи! Что будет на Страстной неделе!»

Для окружающих эти слова оставались непонятными.

Какой огонь?

Какой газ?

Почему Матушка так тревожится?

Что должно произойти?

Никто рядом ещё не мог знать ответа.

Чернобыльская атомная электростанция продолжала работать.

Обычная жизнь шла своим чередом.

Но Матушка словно ждала беды.

Ночь 25 апреля

Особенно тяжёлой стала ночь на 26 апреля.

Матушка вышла на улицу.

Она ходила и молилась.

И среди ночной тишины звучали её слова:

«Господи! Пожалей младенцев, пощади народ!»

Не о себе.

Не о собственной жизни.

Не о своих болезнях.

О младенцах.

О народе.

В ту минуту окружающие ещё не знали, почему она так молится.

А затем пришло известие.

Чернобыль

В ночь на 26 апреля 1986 года произошла авария на Чернобыльской атомной электростанции.

Слова Матушки вдруг приобрели совсем другой смысл.

Огонь.

Газ.

Страстная неделя.

Молитва о младенцах.

Молитва о народе.

В книге «Стяжавшая любовь» этот эпизод прямо связывается с Чернобыльской трагедией.

Для людей, находившихся рядом с Матушкой, особенно поразительным было то, что её тревога началась до того, как о катастрофе стало известно.

Она не говорила: «Я предсказывала»

В воспоминаниях о Матушке постоянно повторяется одна особенность.

После того как происходило событие, о котором она прежде говорила непонятными словами, Матушка не пыталась привлечь к себе внимание.

Не объясняла:

«Вот видите, я знала».

Не требовала признания своего дара.

Не превращала случившееся в доказательство собственной прозорливости.

Она просто молилась.

Именно поэтому история Чернобыля в воспоминаниях о Матушке — прежде всего не история о предсказании.

Это история о молитве.

«Пожалей младенцев»

Почему Матушка прежде всего просила о младенцах?

Мы не знаем.

И не нужно придумывать за неё объяснение.

Но сами слова невозможно читать равнодушно.

Когда человек чувствует приближение беды, он может прежде всего подумать о себе.

Матушка думает о тех, кто слабее всех.

О детях.

О людях, которые ещё ничего не знают.

Которые спят.

Живут обычной жизнью.

Не подозревают, что произошло этой ночью.

И её молитва звучит почти как крик:

«Господи! Пожалей младенцев, пощади народ!»

Утро, после которого мир стал другим

Для большинства людей понимание масштаба произошедшего придёт не сразу.

В первые часы и даже дни ещё невозможно было представить, насколько серьёзной окажется авария.

Но название небольшого города вскоре узнает весь мир.

Чернобыль.

А для тех, кто находился рядом с матушкой Алипией, к этому названию навсегда присоединится воспоминание о её странном беспокойстве перед катастрофой.

О словах про огонь.

О газе.

О Страстной неделе.

И о ночной молитве.

Не любопытство о будущем

В таких свидетельствах есть опасность увидеть лишь одно:

Матушка знала будущее.

Но сама её жизнь словно заставляет смотреть глубже.

Что человек делает с тем, что ему открыто?

Можно превратить знание в сенсацию.

Можно испугать окружающих.

Можно собрать вокруг себя людей.

Матушка поступала иначе.

Если чувствовала беду — молилась.

Если видела опасность — просила Бога о человеке.

Если знала о чужой боли — старалась помочь.

Дар был нужен не для того, чтобы знать.

Он был нужен для того, чтобы любить.

Так было и раньше

Мария уже видела нечто похожее.

Когда её сын оказался рядом со взрывом, Матушка плакала:

«Убили птенчика!»

Потом вдруг радостно сказала:

«Жив, жив птенчик!»

Когда далеко от Голосеева человек находился в беде, Матушка могла среди ночи начать усиленно молиться.

Когда происходило что-то с близкими Марии, она иногда говорила об этом раньше, чем приходила весть.

Теперь речь шла уже не об одном человеке.

Матушка молилась:

«Пощади народ».

Молитва за тех, кого ты никогда не увидишь

Есть молитва за близкого.

Ты знаешь его лицо.

Помнишь голос.

Любишь его.

И потому естественно просишь Бога о нём.

Но есть другая молитва.

За людей, которых ты никогда не встречал.

За незнакомых детей.

За семьи, чьих имён ты не знаешь.

За тех, кто сейчас находится далеко.

За целый народ.

Такая молитва требует другого сердца.

В ней чужой человек перестаёт быть совершенно чужим.

Наверное, поэтому слова Матушки той ночью так точно продолжают всё, что Мария видела в ней двадцать шесть лет.

Матушка кормила незнакомого.

Выслушивала незнакомого.

Молилась за незнакомого.

Переживала за чужого ребёнка.

А когда чувствовала большую беду, просила уже за всех:

«Господи! Пожалей младенцев, пощади народ!»

После Чернобыля жизнь продолжилась

Катастрофа произошла.

Но маленькая келия в Голосеево снова наполнилась обычной жизнью.

Люди приходили.

Матушка принимала их.

Давала поручения Марии.

Молилась.

Готовилась к Причастию.

Встречалась со священниками и монашествующими.

И именно здесь вскоре произошёл ещё один характерный случай.

Однажды вечером Матушка неожиданно сказала Марии:

«Приходи завтра, Марусенька, старец с Афона будет! Поговорит с тобой! Приходи!»

Мария пообещала.

Но на следующий день сильно опоздала.

Когда она наконец пришла, Матушка была очень расстроена:

«Зачем не пришел? Старец был! С Афона!»

Позднее выяснится удивительная подробность.

Человек, которого Матушка назвала «старцем с Афона», в то утро ещё не был афонским старцем.

На Афон он уедет потом.

⸻

26 лет рядом с матушкой Алипией

Это десятая часть цикла, основанного на воспоминаниях Марии Александровны Скидан «Я твой споручник!», опубликованных в первом томе книги «Стяжавшая любовь».

Свидетельство о Чернобыле сохранило одну из самых известных фраз матушки Алипии:

«Господи! Пожалей младенцев, пощади народ!»

И, возможно, важнее самого предвидения здесь то, что сделала Матушка, почувствовав приближение беды:

она молилась.

Продолжение — часть 11: «Старец с Афона будет!»

Автор: о. Владимир Маглена · 03.09.2026