«Жив, жив птенчик!»

Однажды матушка Алипия неожиданно поднялась по лестнице к ореховому дереву и стала горько причитать: «Убили птенчика!» Через несколько минут всё изменилось: «Жив, жив птенчик, улетел!» Только позднее Мария Скидан поняла, о ком в тот день говорила Матушка.

26 лет рядом с матушкой Алипией. Часть 4

Продолжение цикла «26 лет рядом с матушкой Алипией», основанного на воспоминаниях Марии Александровны Скидан «Я твой споручник!», опубликованных в первом томе книги «Стяжавшая любовь».

К тому времени Мария уже хорошо знала одну особенность Матушки.

Иногда она говорила или делала что-то совершенно непонятное.

Можно было спросить:

«Жив, жив птенчик!»

зачем?

Что это означает?

О ком она говорит?

Но объяснение нередко приходило позже.

Иногда через несколько часов.

Иногда через несколько дней.

А бывало — спустя годы.

Один такой случай Мария запомнила особенно хорошо.

Матушка вдруг полезла на дерево

Это произошло возле келии в Голосеево.

Рядом с домом рос большой орех.

Однажды Матушка неожиданно взяла лестницу, приставила её к дереву и начала подниматься наверх.

Для Марии это уже само по себе было тревожно.

Она знала, что у Матушки болят ноги.

Стала просить:

«Матушка, куда вы лезете? У вас же ноги болят».

Но та продолжала подниматься.

И вдруг начала громко причитать:

«Уби-и-ли птенчика! Уби-и-ли птенчика! Уби-и-ли птенчика!»

Матушка плакала.

Мария ничего не понимала.

Какой птенчик?

Что произошло?

Почему Матушка так переживает?

Она стояла рядом и смотрела, как та горюет о каком-то неизвестном ей птенце.

А затем всё неожиданно изменилось.

«Жив, жив птенчик!»

Матушка вдруг перестала плакать.

Лицо изменилось.

И она радостно заговорила:

«Жив, жив птенчик, улетел! Жив, жив, жив!»

После этого Матушка спокойно спустилась вниз.

Казалось, странный эпизод закончился.

Но Мария уже знала:

если Матушка делает что-то настолько необычное, возможно, смысл происходящего ей пока просто неизвестен.

Она запомнила слова о птенчике.

И вскоре получила известие.

Позвонил сын

В тот день Мария пришла домой.

Раздался телефонный звонок.

Звонил её сын.

Он проходил военную службу.

И сообщил:

«Мама, я в госпитале. Приезжай».

Мария испугалась.

Стала спрашивать, что случилось.

Но сын не хотел рассказывать по телефону.

Просил только одного:

приехать.

На следующий день Мария отправилась к нему.

Когда увидела сына, тот был очень бледным.

И тогда рассказал, что произошло.

Их отправили за железом

Сын Марии служил в танковой части.

В тот день его вместе с несколькими солдатами отправили собирать железо на полигоне.

Им нужно было погрузить металл в машину.

Ребята решили сделать всё быстрее.

Нашли старую железную бочку.

Попытались её разрезать.

Но не смогли.

Тогда решили подорвать.

И в этот момент произошёл взрыв.

Бочка оказалась не пустой.

Внутри находился порох.

Прогремело так, что осколки разлетелись вокруг.

Один из солдат был тяжело ранен.

Другому осколок попал в глаз.

Сын Марии тоже оказался возле взрыва.

Но остался жив.

Он рассказал матери, что каким-то образом его не задело так, как остальных.

Мария слушала.

И вдруг вспомнила.

Лестницу.

Орех.

Плач Матушки.

«Уби-и-ли птенчика!»

А потом:

«Жив, жив птенчик, улетел!»

Только теперь смысл этих слов начал открываться.

Мария вернулась к Матушке

Вернувшись в Киев, Мария сразу пошла к Матушке.

Она ещё только вошла во двор.

Ничего не успела рассказать.

Матушка увидела её и сказала:

«Птенчик жив, птенчик жив!»

Мария ответила:

«Жив, Матушка».

И тогда услышала:

«Матерь Божия его спасла».

Для Марии сомнений уже не оставалось.

В тот момент, когда она находилась рядом с Матушкой и не понимала её плача возле орехового дерева, где-то далеко её сын оказался рядом со взрывом.

И Матушка каким-то образом переживала происходящее вместе с ним.

Но история на этом не закончилась

Прошло время.

Сын вернулся из армии.

Казалось бы, самое страшное осталось позади.

Но однажды он попал в автомобильную аварию.

Машина получила тяжёлые повреждения.

И снова сын Марии остался жив.

Когда Мария рассказала об этом Матушке, та ответила словами, которые она тоже запомнила:

«Я его от смерти выпросила».

Для Марии это не было отвлечённым разговором о молитве.

Она видела своего сына.

Знала обстоятельства.

Помнила день возле орехового дерева.

Помнила Матушкины слёзы.

И помнила внезапную радость:

«Жив, жив птенчик!»

«Молись за детей»

Отношение Матушки к детям Марии вообще занимало особое место в их двадцатишестилетней истории.

Мария вспоминала, что Матушка постоянно напоминала ей:

«Молись за детей».

Но однажды добавила очень важные слова:

«Только много не проси».

Мария удивилась.

Как это — не просить много за собственных детей?

Матушка объяснила:

«Проси спасения души».

Эти слова Мария запомнила.

Матушка не обещала человеку жизнь без бед.

Не обещала, что дети никогда не заболеют.

Что с ними ничего не произойдёт.

Что любая материнская просьба обязательно исполнится именно так, как хочется.

Она указывала на другое:

прежде всего проси Богу о спасении их души.

Она переживала за них как за своих

Читая воспоминания Марии Скидан, постепенно замечаешь одну особенность.

Матушка не разделяла человеческую жизнь на «духовное» и «обычное».

Если у человека болела душа — она молилась.

Если были изранены ноги — нагревала воду и омывала их.

Если человек был голоден — кормила.

Если беда происходила с его ребёнком — переживала вместе с матерью.

Для Марии её дети и внуки были самой больной частью сердца.

И Матушка это знала.

Поэтому слова «я твой споручник» постепенно наполнялись всё более конкретным смыслом.

Быть рядом с человеком означало принимать близко к сердцу и тех, кого любит он.

Мы знаем только то, что увидела Мария

В подобных рассказах легко начать объяснять то, чему сам свидетель объяснения дать не мог.

Но, пожалуй, здесь этого делать не нужно.

Мария Скидан оставила нам то, что видела сама.

Она была рядом, когда Матушка поднялась по лестнице.

Слышала её плач:

«Убили птенчика».

Слышала спустя несколько минут:

«Жив, жив птенчик!»

В тот же день получила звонок от сына.

Приехала в госпиталь.

Узнала о взрыве.

А вернувшись к Матушке, ещё до своего рассказа услышала:

«Птенчик жив».

Этого свидетельства достаточно.

Остальное каждый читатель может осмыслить сам.

Впереди Мария увидит ещё больше

За двадцать шесть лет рядом с Матушкой подобных случаев будет немало.

Мария постепенно привыкнет к тому, что иногда Матушка знает о событиях раньше, чем о них сообщат.

Знает о людях, которых никогда не видела.

Знает о письмах, о которых ей не рассказывали.

О болезнях.

О дороге.

О беде, случившейся далеко от Голосеева.

Иногда она будет говорить совершенно прямо.

А иногда — так, что смысл слов станет понятен лишь позднее.

И именно этому будет посвящена следующая часть нашей истории.

Потому что случай с «птенчиком» оказался далеко не единственным.

⸻

26 лет рядом с матушкой Алипией

Это четвёртая часть цикла, созданного на основе воспоминаний Марии Александровны Скидан «Я твой споручник!», опубликованных в первом томе книги «Стяжавшая любовь».

Мария прожила рядом с Матушкой двадцать шесть лет и сохранила множество случаев, когда та говорила о том, чего, казалось, не могла знать.

Продолжение — часть 5: «Она знала то, чего ей никто не рассказывал».

Автор: о. Владимир Маглена · 03.09.2026

Поделиться:

Ответить

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *